Гренвилл Огастес Вильям Вальдигрев, 3-й барон Редсток (англ. Granville Augustus William Waldegrave, 3rd Baron Radstock; 10 апреля 1833, Лондон — 8 декабря 1913, Париж) — английский религиозный деятель, протестантский миссионер, один из основателей евангельского движения в России, пэр Ирландии.

Был единственным сыном в семье вице-адмирала британского флота Гренвилла Уолдигрейва 2-го барона Редстока и дочери банковского служащего Эстер Каролины Пюже. В 25-летнем возрасте женился на Сьюзан Келкрафт, дочери пятого герцога Манчестерского.

После окончания Оксфордского университета поступил на военную службу и принял участие в Крымской войне. Во время войны серьезно заболел, что способствовало пересмотру его отношения к христианству. Пережив религиозное обращение, он занялся активной проповеднической деятельностью. Вместе с разделявшей его религиозные взгляды женой Редсток устраивал у себя дома небольшие библейские вечера, на которые собирались офицеры после службы. Редсток с женой сблизился с общиной «свободной» церкви в Бристоле одного из течений евангельского христианства — плимутскими братьями. Братья считали, что богослужения должны проходить максимально просто, без какого-либо клерикального руководства. В отличие от широко известного представителя плимутских братьев, Джона Дарби, входившего в группу «закрытых» (то есть практикующую закрытое причастие) братьев, Редсток принадлежал к «открытым» (допускающим к причастию всех желающих).

В 1856 г. унаследовал титул барона Редстока. Через 10 лет оставил военную службу в звании полковника, как миссионер посетил многие страны Европы и Индию. В 1865 г. Редсток вступил в Евангелический союз. В 1866 г. под влиянием проповеди Редстока пережил религиозное обращение Фридрих Бедекер — еще один будущий евангелический миссионер в России.

В конце 1873 г. или начале 1874 г. Редсток прибыл в Санкт-Петербург, где познакомился с многочисленными представителями российской аристократии, с которыми вел беседы на духовные темы, а также произносил проповеди в частных домах для широкого круга слушателей. В число последователей барона Редстока вошли княгини Н.Ф. Ливен, В.Ф. Гагарина, граф А.П. Бобринский, граф М.М. Корф, полковник В.А. Пашков, вдова генерал-адъютанта Е.И. Черткова, Ю.Д. Засецкая и др. Организованные Редстоком молитвенные собрания продолжались и в период его выездов из России, к ним присоединялись как дворяне, так и горожане неаристократического происхождения, в результате чего возникло движение «редстокистов». В 1878 г. Редсток покинул Россию.

Продолжив миссионерскую деятельность в Европе, в последующие годы Г. Редсток работал в Швеции и Дании, где также активно проповедовал среди представителей высшего общества.

С 1889 г. Редсток поселился в Мэйфилде (пригород Саутгемптона), где продолжал собирать людей для проповеди и молитвы, а также занимался благотворительной деятельностью, оказывая поддержку приютам и миссионерским обществам как в Великобритании, так и за рубежом.

Жена проповедника Сюзан Шарлотта Келкрафт скончалась 8 декабря 1892 г. Сам Редсток умер в Париже 8 декабря 1913 г., находясь в миссионерской поездке по Франции.

Н.С. Лесков в 1877 г. посвятил деятельности Г. Редстока очерк «Великосветский раскол», где описывает его следующим образом: «Он рыжеват, с довольно приятными, кроткими, голубыми глазами… Взгляд Редстока чист, ясен, спокоен. Лицо его по преимуществу задумчиво, но иногда он бывает очень весел и шутлив и тогда смеется и даже хохочет звонким и беспечным детским хохотом. Манеры его лишены всякой изысканности… Привет у него при встрече с знакомым заученный и всегда один и тот же — это: «Как вы себя душевно чувствуете?» — Затем второй вопрос: «Что нового для славы имени Господня?» Потом он тотчас же вынимает из кармана Библию и, раскрыв то или другое место, начинает читать и объяснять читаемое. Перед уходом из дома, прежде чем проститься с хозяевами, он становится при всех на колени и громко произносит молитву своего сочинения, часто тут же импровизированную: потом он приглашает кого-нибудь из присутствовавших прочесть другую молитву и, слушая ее, молится… Молитва всегда обращается к Богу-Отцу, к Троице или к Иисусу Христу, и никогда ни к кому другому, так как призывание Св. Девы, апостолов и святых лорд Редсток не признает нужным и позволительным… В молитвах, кроме прошений, слышится иногда восторженный лепет хвалы… Это лепет страстного экстаза души влюбленной; но тем это и понятнее».

Ф.М. Достоевский в «Дневнике писателя» в 1876 г. отзывался о Г. Редстоке: «Мне случилось его тогда слышать в одной «зале», на проповеди, и, помню, я не нашел в нем ничего особенного: он говорил ни особенно умно, ни особенно скучно. А между тем он делает чудеса над сердцами людей; к нему льнут; многие поражены: ищут бедных, чтоб поскорей облагодетельствовать их, и почти хотят раздать свое имение. Впрочем, это может быть только у нас в России; за границей же он кажется не так заметен. Впрочем, трудно сказать, чтоб вся сила его обаяния заключалась лишь в том, что он лорд и человек независимый и что проповедует он, так сказать, веру «чистую», барскую. Правда, все эти проповедники-сектанты всегда уничтожают, если б даже и не хотели того, данный церковью образ веры и дают свой собственный».

По мнению отдельных исследователей, прообразом великосветского кружка графини Лидии Ивановны в романе Л.Н. Толстого «Анна Каренина» является кружок, организованный Г. Редстоком в Санкт-Петербурге. Сам Редсток выведен в романе в образе сэра Джона.

Молитвенные собрания, организованные Г. Редстоком, сохранились после закрытия ему въезда в Россию и дали начало формированию объединения евангельских христиан. В связи с этим евангельские христиане-баптисты, христиане веры евангельской-пятидесятники и представители близких к ним христианских направлений рассматривают барона Редстока в качестве одного из родоначальников евангельского движения в России, а его деятельность в Санкт-Петербурге оценивается ими как «Великое пробуждение». Деятельность Редстока в России вызвала критику со стороны Феофана Затворника, который упрекал его за отсутствие церковности, главным образом за отрицание таинства миропомазания, и назвал его «английским апостолом из секты духоносцев».

В те времена, когда Аврора Карловна поселилась в поместье Хакасалми, она часто устраивала небольшие собрания с молитвами, где выступал приглашенный ею священник или проповедник. Когда позднее она из-за ослабевшего слуха уже не могла следить за службой в церкви, то эти домашние собрания стали для нее важными духовными и душевными связующими звеньями в отношениях с ее давними друзьями. Среди иностранцев, которых можно было видеть в ее доме, был также немецко-английский доктор философии Фредерик Вильгельм Бедекер.

Бедекер родился 3 августа 1823 г. в Виттене в Вестфалене. Его отец был ученым, известным знатоком птиц. Бедекер учился коммерции и уже многие годы работал в торговле. В 1851 г. он женился, но его молодая жена умерла через пару месяцев. В его жизни начался период длинных путешествий. Он ездил по Германии и Англии, но потом отправился в Тасманию и Австралию, где зарабатывал себе на жизнь, обучая желающих новым языкам. Через десять лет он вернулся в Европу, и пробыв немного на своей родине в Германии, поехал в Англию, где принял ее гражданство. В 1862 г. он вступил в брак с английской вдовой.

Бедекер жил в Вестоне, куда лорд Редсток в 1866 г. приехал проводить собрания. Бедекер посещал эти собрания, но под конец всегда спешил выйти из зала, чтобы не столкнуться с оратором, и старался избегать разговоров. В один из вечеров он задержался, и лорд Редсток приблизился к нему и сказал: «Дорогой друг, у Бога сегодня есть известие как раз для тебя». Мужчины удалились в соседнюю комнату беседовать и молиться. Для Бедекера открылась вера в Бога и в Спасителя. Позднее он признавался: «Я вошел в это помещение сомневающимся гордецом, а вышел из него смиренным учеником Христа». Через некоторое время и его жена, увидев большие изменения в муже, пришла к вере. В это время в здоровье Бедекера произошла поразительная перемена. Он долгое время был серьезно болен, но после своего духовного возрождения окреп настолько, что смог обходиться без лекарств.

Через несколько лет после своего перерождения Бедекер с женой переехал в Бристоль, чтобы изучать там медицину. Обучение длилось около года, и эти полученные знания пригодились ему позднее, когда он много путешествовал. В Бристоле он встретился с Георгом Мюллером, известным основателем сиротского дома. Их дружба длилась в течении десятилетий, вплоть до смерти Мюллера в 1898 г. Бедекер познакомился с методами работы друга и понял, что Господь хочет использовать и его как проповедника Евангелия. Через многие годы, в 1892 г. они встретились в Вене, и Мюллер, положив руки на голову Бедекера, благословил его на работу в дальних уголках России, для того чтобы поддерживать сосланных туда братьев по вере.

Бедекер продолжил свое образование в Германии, и получил степень доктора философии в университете Фрайбурга, там он почувствовал в себе призвание к проповедованию. В начале Бедекер проповедовал Евангелие в Германии, и часто вместе с Георгом Мюллером, но в 1875 г. он начал работать в России.

Бедекер работал в среде русских немцев в городах западной России. Чаще всего он получал от представителей местной власти теплый прием и разрешение на проведение собрания, но были также случаи, когда на его долю выпадало высокомерное и неприязненное отношение должностных лиц.

Бедекер познакомился в Петербурге с несколькими влиятельными особами из высшего общества, которые приняли евангелическую веру. Когда полковник Пашков организовал в Петербурге русское евангелическое собрание, которое проводили во дворце графини Ливен, то на нем присутствовал и Бедекер с женой. Будучи в Петербурге Бедекер чаще всего и жил во дворце графини Ливен (бывшем доме А.К. Демидовой-Карамзиной на Большой Морской улице, д. 43), где для него была устроена личная комната в так называемом малахитовом зале, который украшали колонны и камин из малахита Демидовых. Он часто принимал участие в собраниях, проводимых в этом дворце. Во время начала деятельности Бедекера в России, там уже находился лорд Редсток, и они много общались друг с другом. С помощью Редстока Бедекер познакомился со многими аристократами Петербурга и принял участие во многих частных беседах и собраниях.

Несмотря на то, что Бедекер с удовольствием вращался во всех слоях общества и беседовал с разными людьми, постепенно для него стало обозначаться его основное поле деятельности. Это была работа среди заключенных, и особенно были близки его сердцу христиане, преследуемые за веру и свои убеждения. В 1890-х гг. ожесточились гонения и множество евангелических христиан было сослано в Сибирь. С помощью некоторых русских влиятельных лиц ему удалось получить особое разрешение для посещения русских тюрем и раздачи там Библий заключенным. Это единственное в своем роде право было у него на протяжении 18 лет, и он усердно использовал его. Когда кошелек, где вместе с этой бумагой была заметная сумма денег, был украден у него, то русские друзья выписали ему новый пропуск, текст которого предоставлял ему еще более широкие возможности в его работе.

По воспоминаниям С.П. Ливен, несмотря на гонения в отношении протестантов, Бедекеру не чинили препятствий, он находил подход к властям и пользовался их доверием. «Я думаю, что это частью объясняется его мудрым поведением, — отмечала С.П. Ливен. — Он не собирал денег и воздерживался за границей от рассказов о том, что он видел во время своих путешествий». По ее словам, миссионерские поездки Бедекера финансировались некоторыми из петербургских верующих, среди которых были состоятельные люди.

И все же начальники тюрем не всегда были доброжелательны к нему и ставили ему различные преграды. Хотя напрямую они не могли игнорировать право пропуска, но старались находить косвенные доводы для задержки. К примеру, Бедекер однажды подчеркнул в Библиях важные места для понимания божьего милостивого прощения и любви к грешникам, но служащий увидел в этом нарушение инструкции. Бедекеру пришлось собрать книги и заменить их на чистые. Его проповеди затронули души многих тюремных служащих и охранников.

Бедекер совершил две поездки через Сибирь. Первая его поездка в 1890 г. продлилась шесть месяцев. После этой поездки он рассказывал, что успел раздать там 12 тысяч Библий и рассказать о Евангелии перед 40 тысячами осужденных. Остановочными пунктами его поездки были следующие города: Пермь, Тюмень, Иркутск около Байкальского озера и Благовещенск на Дальнем Востоке России. Конечным пунктом был остров Сахалин, куда ссылали самых опасных преступников. Один англичанин, который однажды пару месяцев провел в поездке с Бедекером, описывал его собрания в тюрьмах так: «Обыкновенно он вначале беседовал с менее опасными преступниками. С первых же слов было понятно, что он любит их, эта любовь покоряла слушателей и привлекала их внимание. Главной темой его речи было следующее: «Бог любит грешников, и Он отдал своего сына умирать за них». После собрания арестантам раздавали Библии и брошюры. Потом мы обычно посещали камеры. Доктор Бедекер говорил тогда с заключенным один на один. Многие из них не понимали языков, на которых мы говорили, но если у нас были Библии на их языке, то мы просили грамотных почитать их для других».

Много лет вместе с ним нес миссионерский труд И.В. Каргель. В числе других осужденных, Бедекер и И.В. Каргель навещали и осужденных за веру христиан-протестантов. «Мы всегда с большим интересом слушали «дедушку Бедекера», а также и Ивана Вениаминовича Каргеля, когда они рассказывали о своих переживаниях и встречах с ссыльными на Кавказе или в Сибири. Эти ссыльные несомненно были «солью земли и светом мира» на нашей родине», — вспоминала С.П. Ливен.

Чем дольше Бедекер проводил свою работу, тем больше он увлекался ею. Однажды, выступая в Англии с докладом о проделанной работе, он сказал следующее: «Если бы у меня было несколько жизней, то я хотел бы провести их все проповедуя Евангелие тем тысячам несчастным, безнадежным людям, которые проводят свои дни в темноте и в смертной тени».

Ему также довелось работать в Финляндии. Когда он стал посещать финские тюрьмы, то познакомился с Матильдой Вреде, и она была для него переводчицей и помощницей. Много раз Бедекер выступал в Хельсинкском университете перед учащимися и учителями, и в доме Авроры Карамзиной он был частым гостем.

Его земной путь закончился в Англии в Бристоле в возрасте 83 лет. Лорд Редсток случайно был в это время в Англии и присутствовал на его похоронах. Он рассказал на церемонии о духовном возрождении друга и о его жизненном труде. На его надгробном памятнике были выгравированы следующие слова: «Фредерик Вильгельм Бедекер / доктор философии /, спасенный дорогой кровью Иисуса, увидел Царя в Его славе 9.10.1906 года в возрасте 83 лет».

Иоганн Каргель родился в 1849 г. в семье немецких колонистов, живших в Грузии. Родители Каргеля и до, и после его рождения часто меняли место жительства (временами жили за пределами Российской империи — в Германии, Англии). Его мать, по национальности армянка, дала сыну хорошее воспитание. Отец был немцем, но Софья Ливен свидетельствовала, что у него были шотландские корни. По одному из предположений, родители Каргеля переехали в Российскую империю из Болгарии, находившейся тогда под властью Турции, и потому имели турецкое подданство.

Обращение к Богу Иоганн пережил в 1869 г. Он был крещен немецким колонистом, баптистом Мартином Кальвейтом 6 октября 1869 г. в Тифлисе. Тифлисская община была первой русской баптистской общиной в Российской империи. Ее основатель и первый пресвитер Никита Воронин был крещен Мартином Кальвейтом двумя годами раньше, чем Каргель. Примерно в 1871 г. русская община из бывших молокан, возглавляемая Ворониным, и маленькая немецкая община, возглавляемая Кальвейтом, объединились. Кроме Кальвейта и Воронина, в числе членов общины был один из будущих лидеров русского баптизма Василий Павлов.

Проведя несколько лет в Тифлисе, Каргель перебрался в Одессу, где с июля 1872 г. до Пасхи 1873 г. жил в семье одного из лидеров братских меннонитов Иоганна Вилера (в будущем — первого председателя Союза русских баптистов).

В 1872 и 1873 гг. Каргель совершил две поездки в Молочанский меннонитский округ, приняв во время второй поездки участие в меннонитской конференции в колонии Клиппенфельд. Здесь он встретился с немецким баптистом Карлом Ондрой, с которым ранее познакомился в доме Вилера. Ондра предложил Каргелю возглавить общину колонии Сорочин, расположенной недалеко от Нойдорфа. Вероятно, именно в этот период Каргель принял решение полностью посвятить себя труду миссионера и пастора. Каргель прослужил пастором этой церкви менее двух лет, причем в этот период он полгода провел в Гамбурге, обучаясь в местной миссионерской школе. По окончании школы Иоганна рукоположили на пасторское служение.

В начале 1875 г. Каргель отправился из Сорочина в Санкт-Петербург. Его поездка имела двойную цель. С одной стороны, он по просьбе Немецкого союза баптистов должен был ходатайствовать перед российским правительством об официальном признании немецких баптистов, до этого подвергавшимся преследованиям в России. С другой — Ондра опекал немецкую баптистскую группу в Санкт-Петербурге и хотел, чтобы Каргель посетил ее. Побывав в этой общине, раздираемой внутренними противоречиями, Каргель решил остаться в Петербурге. Вероятно, на его решение повлияли перспективы миссионерской работы в столице. Спустя два года он писал, что в Петербурге проживало от 45 до 50 тысяч немцев, что давало простор для деятельности миссии. Каргель возглавил общину. К весне 1876 г. он сумел преодолеть противоречия в церкви, ввести дисциплину, установить фиксированное членство и совершить одиннадцать крещений.

За пять лет (1875-1880) община выросла с 34 до 100 человек. В 1877 г. Каргель прошел длительный процесс получения российского подданства, чтобы не быть высланным за свою миссионерскую деятельность. В 1879 г. Каргель, воспользовавшись кратковременным смягчением законодательства в отношении баптистов, сумел зарегистрировать у городских властей немецко-баптистскую общину. Для этого ему необходимо было принести клятву верности русскому царю.

В Петербурге он познакомился с Василием Пашковым. По его приглашению Каргель проповедовал на собраниях пашковцев, не оставляя своей общины. По свидетельству Софьи Ливен, хотя Каргель прибыл в Петербург уже верующим, он «всегда считал Василия Александровича Пашкова своим духовным учителем и отцом во Христе». В круг общения Пашкова входили самые разнообразные люди, в том числе и представители высшей петербургской аристократии, искренне принявшие евангельское учение. Впоследствии сам Пашков и его единомышленники оказывали Каргелю не только духовную, но и материальную поддержку.

В 1880 г. Каргель отправился для миссионерской работы в Болгарию. В том же году он женился на евангельской христианке Анне Семеновой, с которой познакомился на собраниях пашковцев.

Прибыв в Болгарию, Иоганн Каргель сразу же отправился в Казанлык, где, после собеседования о вероисповедании, 7 сентября 1880 г. крестил пятерых верующих, основав первую болгарскую баптистскую церковь. Каргель стал пресвитером этой общины и нес это служение до 1884 г. Благодаря жене Иоганн все лучше осваивал русский язык. Он проповедовал для местного населения на смеси русского и болгарского.

В 1884 г. Каргель участвовал в двух исторических евангельских съездах. Сначала — в съезде евангельских христиан, баптистов и штундистов в Санкт-Петербурге, созванном Василием Пашковым и Модестом Корфом. А затем в качестве заместителя председателя — в первом съезде русских, украинских и немецких баптистов в селе Нововасильевка Таврической губернии.

После изгнания из России царскими властями Василия Пашкова и Модеста Корфа (май-июнь 1884 г.), Каргель не стал восстанавливать свое положение в немецкой баптистской общине Петербурга, а стал опекать «осиротевшую» общину евангельских христиан-пашковцев. Ему помогали петербургские аристократки Черткова, Гагарина и Ливен. Община не имела формального лидера — рукоположенного служителя. Из-за постоянного вмешательства полиции, собрания евангельских христиан проходили в различных местах города. Несмотря на протесты петербуржских евангельских христиан, желавших, чтобы Каргель постоянно находился в городе, он по-прежнему часто совершал длительные поездки — для миссионерства, помощи другим общинам или участия в конференциях верующих. С 1885 г. Каргель совершал поездки по России вместе с проповедником Фридрихом Бедекером, переводя, по необходимости, его проповеди. Бедекер получил от правительства разрешения посещать с проповедью тюрьмы и места ссылок. В совместных поездках Каргель с Бедекером побывали во множестве таких мест в самых разных уголках страны — от Кавказа до Сахалина. Их проповеди услышали более 40 тысяч заключенных, было роздано 12 тысяч Евангелий.

Петербуржский журналист Н. Животов описывал Каргеля как человека «средних лет, красивой представительной наружности». Животов писал, что был очень поражен начитанностью Каргеля, его «обширными знаниями и блестящими ораторскими способностями».

В 1903 г. Иван Каргель участвовал в работе Первого европейского конгресса баптистов в Берлине, а в 1905 г. — в Первом всемирном конгрессе баптистов в Лондоне, где был создан Всемирный баптистский альянс.

Голодные 1919-1921 гг. Иван Каргель вместе с дочерями по приглашению княгини Гагариной провел в селе Сергиевском Тульской губернии (ныне — город Плавск), где до конфискации находилось родовое поместье Гагариных и где княгиня была хорошо известна своей масштабной благотворительной деятельностью. Наряду с литературной и проповеднической деятельностью Каргель в течение пяти лет, с 1924 по 1928 гг., преподавал на Библейских курсах в Ленинграде, для чего совершал туда кратковременные поездки. В 1929 г. он был арестован прямо на курсах и выслан из Ленинграда.

До 1936 г. он жил в селе Токари (Бережки) близ города Лебедин Сумской области Украины (где имелась община евангельских христиан). В 1937 г. он был арестован и заключен в тюрьму, но вскоре отпущен домой умирать. Последнее время он жил в одиночестве, поскольку его дочери были арестованы. Он умер 23 ноября 1937 г.

Фредрик Габриэль Хедберг родился 15 июля 1811 г. в Салуа. Его родителями были Эрик Йохан Хедберг и Катарина Магдалена Борг. Дедом Хедберга по отцовской линии был капеллан Виханни Фредрик Хедберг, а отцом его матери был Габриэль Борг, который после Фредрика Хедберга был капелланом Виханни и с 1818 г. викарием Раахе и Салойнена. У Фредрика Габриэля Хедберга была только одна сестра, Густава Каролина, родившаяся 1 февраля 1815 г. Родители Хедберга воспитывались в семьях духовенства, поэтому традиционное церковное благочестие было характерно для домашнего воспитания.

Хедберг был отправлен вместе со своим дядей Ароном Густавом Боргом, который был на год старше, в приход Виханни, чтобы получить начальное образование у своего второго дяди, Карла Якоба Борга. После этого он продолжил обучение в Тривиальной школе Оулу. В возрасте 15 лет Хедберг сдал экзамен на аттестат зрелости, после чего отправился учиться в университет Турку.

Хедберг пришел к идее возрождения в возрасте 14 лет. Об этом времени он рассказывал, что тогда страх перед судом Божиим побуждал его прилежнее читать слово Божие, и слово это все более и более привлекало его своей тайной, живительной силой. В какой-то момент он наткнулся на отрывок из Библии, в котором говорилось о страданиях и смерти Иисуса. Он отметил, что в нем говорится, что это произошло во искупление грехов всего мира и что каждый, кто верит в распятого и воскресшего Спасителя, воистину получит прощение грехов, жизнь и блаженство. По словам Хедберга Дух Святой просветил его через это слово, тревога и страх, долгое время тяготившие его, сменились радостной и живой уверенностью в прощении грехов.

С поступлением в университет Хедберга ждали новые впечатления и влияния. Практически весь первый учебный год ушло на изучение обязательного для государственных служащих русского языка. Летом 1827 г. Хедберг планировал закончить обучение, но пожар в Турку помешал этому. Хедберг подумывал о медицинской карьере, также у него были увлечения естественными науками. Но, 27 апреля 1832 г. он получил степень бакалавра по философии, а 21 июня того же года был рукоположен в магистра. После этого он начал изучать богословие с целью стать священником. Большое количество преподавателей богословия того времени были выходцами с философского факультета. В студенческие годы религиозность Хедберга была в значительной степени окрашена религиозностью эпохи Просвещения. Студенческая пора вообще была для него счастливым временем, но в ноябре 1833 г. он уехал в Турку.

Хедберг был назначен служить в Сиунтио. Однако всего через два месяца Хедберг переехал в приход Лохья, в который в то время также входили часовни Нумме и Пусула. Ожидая священнического рукоположения в Турку, он практиковал посещение больных, чтение проповедей и катехизацию. Он успешно справлялся со своей работой и ему предложили должность секретаря капитула всего через пару месяцев после рукоположения. Однако это предложение, как и пару других должностей, он отверг, сославшись на свою молодость.

Со временем архиепископу Мелартину стали поступать жалобы от других священников, в которых говорилось, что прихожане уходят к Хедбергу. В 1840 г. Хедберг был переведен служить в Оулу в качестве тюремного проповедника, а затем отправлен в Райппалуото в 1842 г. и в Пеютя в 1843 г., где он написал книгу «Учение о блаженстве». Ему не разрешалось проводить проповеди, никому, кроме заключенных, сидевших в тюрьме. Летом Хедберг проводил богослужения во дворе тюрьмы. Люди собирались за забором, чтобы послушать Хедберга.

Во время своего пребывания в Райппалуото Хедберг изучал евангелические тексты Лютера. Он писал: «…слово Божие ясно просветило меня, что Христос уже вполне приобрел все это для меня и что мне не нужно было ничего делать, кроме как верою держаться слова Евангелия, проповедующего благодать. Вместо всех других приготовлений я стал тогда просто и твердо утешать, и поддерживать себя этим словом, и таким образом отталкивать все возражения неверия и диавола и требования закона».

В 1844 г. зародилось финское евангелическое движение, и Хедберг стал в нем ведущей фигурой. В 1854 г. Хедберг был избран викарием Каарина, где он начал преподавать прихожанам разъяснения Библии по воскресеньям после обеда, открыл государственную школу и улучшил работу семинарии и частной религиозной практики. В это время Хедберг написал, среди прочего, свой самый обширный теологический труд «Защита Святого Крещения» и почти единолично отредактировал «Христианские послания». Нагрузка была тяжелой, а сердце Хедберга было разбито смертью жены и двоих детей. Он писал: «Тем не менее, Господь счел нужным сохранить меня в немощи, Он поддерживал меня там Своей тайной силой, и Своей благодатью».

Отношения с церковным руководством постепенно улучшились. Архиепископ Бергенхайм считал Хедберга «достойным человеком». Хедберг был представителем на всецерковном собрании 1876 г.

Движение евангелического возрождения изначально распространилось в районе Пейтя и Турку, а в 1860-х гг. оно пришло в Хельсинки. К моменту основания Финляндской лютеранской евангелической ассоциации в 1873 г. насчитывалось уже 200 евангелических церквей. Позиция Хедберга в создании Лютеранского евангелического общества Финляндии (SLEY) была центральной.

Теологическое открытие Хедберга подчеркивало свободную благодать во Христе и значение слова Божьего. Самым известным произведением его обширного литературного наследия является Uskonoppi autuuten (1842), основные принципы которого о несомненности христианского спасения привели к отделению от движения возрождения в 1844 г.

В начале августа 1893 г. Хедберга парализовало, так что он больше не мог самостоятельно вставать с постели. Однако он смотрел из окна на свой родной храм и с интересом слушал отчеты о проведенных там богослужениях. Во время болезни он утешал родных: «Я так мал, так мал, но Господь так велик. Я блажен, я счастлив. У меня есть Иисус, у меня есть Бог».

Хедберг умер 19 августа 1893 г.

Родился 27 июня 1818 г. в Каави, Финляндия. Отцом Сирелиуса был Арвид Йохан Сирелиус (1782-1838), служивший капелланом Нильсиа. Сирелиус учился в Куопио и Порвоо. Поступил в Университет в Хельсинки в 1838 г.

Сирелиус был рукоположен в священник в епархии Борго 19 июня 1847 г., вскоре после этого он получил степень магистра искусств. Затем работал в Сортавале, Кронштадте и Санкт-Петербурге. Позже он работал проповедником эстонско-латвийского гарнизонного прихода в Хельсинки в 1856-1865 гг.

Сирелиус был избран секретарем Финского миссионерского общества в 1859 г. Он работал первым учителем общества с 1862 г., а в 1864-1872 гг. он работал первым директором миссионерского общества. Во время правления Сирелиуса было организовано миссионерское общество, была основана миссионерская школа, и первые миссионеры были отправлены в Овамболенд.

В середине 1870-х гг. Сирелиус решил уйти с поста директора. Он был назначен викарием Миккели 20 августа 1875 г. Скончался в Миккели в июле 1888 г.

Родился 18 апреля 1823 г. в семье издателя. Окончил среднюю школу в 1839 г. и получил степень бакалавра и магистра философии в 1844 г. Медицинское образование получил в университетах Гельсингфорса, Вюрцбурга, Берлина, Праги и Вены.

Получил степень доктора философии в 1847 г. Позже он получил степень бакалавра медицины в 1852 г. и доктора медицины и хирургии в 1860 г.

Сначала работал прозектором, доцентом анатомии в Гельсингфорсском университете, с 1859 по 1885 гг. занимал там же кафедру патологической анатомии. Совершил ряд поездок по Скандинавии и в Центральную Европу.

Кроме научной карьеры Хельт усердно работал над организацией здравоохранения в Финляндии, и Хартией здоровья Финляндии 1879 г., ставшей его основной работой на протяжении долгих лет. Был также главным врачом в Хельсинкском институте диаконисс Авроры Карамзиной.

Им основан Патологоанатомический институт при Университете.

Оказал большое влияние на законодательство в области здравоохранения в Финляндии, а также был видным исследователем в области истории естественных наук и медицины. Его называют отцом истории медицины в Финляндии.

Был членом Общества науки и знаний в Гетеборге (1878), Научного общества в Уппсале (1894), Шведской королевской Академии наук (1907), получил звание почетного доктора философии Университета Линнея и университета в Уппсале. В 1910 г. стал почетным членом Финской академии наук и литературы.

Был женат с 1850 г. на Иоланде Авроре Тюнеберг. Сыновьями Отто Хельта были химик и сенатор Эдвард Хельт, статистик и политик Август Хельт, теолог Артур Хельт и управляющий банком Отто Хельт. Его племянником был ботаник Ялмар Хьелт.

Религия играла важную роль во взглядах Отто Хельта на жизнь. Дом Отто на Северной набережной в Хельсинки стал центром движения возрождения, а религиозность Хельта нашла свое отражение в служении в Финском миссионерском союзе, Институте Диаконисс в Хельсинки и Ассоциации воскресных школ.

Родился 26 января 1818 г. в Хельсинки. Окончил среднюю школу Порвоо в 1834 г. и получил степень бакалавра философии в 1838 г., степень магистра в 1840 г., степень бакалавра теологии в 1843 г., лиценциата богословия в 1850 г. и степень доктора богословия. в 1857 г.

Ванерберг был рукоположен в священники в 1843 г.

Работал дополнительным секретарем библиотеки Хельсинкского университета в 1839-1842 гг. и секретарем в 1842-1843 гг. Он был лектором богословия в средней школе Порвоо в 1843-1853 гг. и секретарем церковного комитета сената в 1853-1882 гг.

Ванерберг был секретарем Комитета церковного права парламента в 1867 г., представителем Банка Финляндии в 1871-1872 гг., председателем комитета Библейского общества в Хельсинки в 1865-1887 гг., председателем Финского миссионерского общества в 1861-1886 гг., председателем правление Института диаконисс в 1868–1885 гг.

Ванерберг был женат с 1841 г. на Агате Софии Ачан. У них было семеро детей, самым известным из которых был художник Торстен Ванерберг.

В Порвоо семья Ванерберга была дружна с семьей Рунебергов. Ванерберг был магистром философии и стал доктором богословия в 1857 г. одновременно с Йоханом Людвигом Рунебергом. Также он был редактором финской Allmänna Tidning .

В 1860 г. Габриэль стал председателем Финского миссионерского общества, основанного в 1859 г. С 1865 г. он был также председателем Финского библейского общества. Оба поста он занимал до самой смерти. В 1868 г. он стал председателем правления дьяконского учреждения в Хельсинки, основанного Авророй Карамзиной.

В 1864, 1867 и 1872 гг. он избирался духовенством в качестве представителя банка и подписывал банкноты Банка Финляндии. Ванерберг работал над введением начальных школ в Финляндии. В вопросах церковной политики и религии его считали отчетливо либеральным.

Родился 23 марта 1834 г. Родителями Петтерсона были капеллан, заместитель пастора Исраэль Райнхольд Петтерссон и Йоханна Густава Эрстрем.

Он был женат между 1861 и 1896 гг. на Шарлотте Фредрике Фабрициус (ум. 1896) и с 1898 г. на Марии Кристине Нурме.

Первоначально Петтерсон планировал работать в аптеке и какое-то время был подмастерьем в аптеке Порвоо. Однако вскоре он переехал в Хямеенлинну в качестве учителя государственной школы и параллельно получал образование. Затем он работал учителем немецкого языка и репетитором в частной средней школе в Хельсинки. Петтерссон с отличием окончил факультет богословия в 1863 г. и был рукоположен в священники в 1864 г. Получил степень пастора в 1866 г.

Затем Петтерсон работал учителем религии в лицее и был пастором конгрегации финской гвардии в 1867-1876 гг. В 1876 г. получил звание подполковника. Он также руководил частной школой письма в Хельсинки и работал проповедником в морской миссии. Петтерссон был председателем Миссионерского общества моряков с 1875 по 1877 гг.

В 1876 г. он был назначен викарием Асиккала. Во время пасторства Петтерсона в октябре 1880 г. в Асиккале была построена новая церковь. Он был представителем в Сейме с 1882 по 1885 гг. Петтерсон также был представителем на церковном совете 1886 г.

В январе 1888 г. выяснилось, что, начиная с 1880 г., Петтерсон занял 117000 марок у Хельсинкского университета, нескольких банков и страховых компаний, а также у частных лиц на имя церкви Асиккала, используя поддельные бумаги. Петтерсон уже имел долг в 37000 марок, когда стал викарием Асиккала. Роскошная жизнь семьи увеличивала количество долгов, доходов не хватало на покрытие расходов, и поэтому Петтерсону в конце концов пришлось прибегнуть к мошенничеству, чтобы получить деньги.

По решению апелляционного суда Турку в начале 1889 г. Петтерсон был приговорен к пяти годам за фальсификацию протокола церковного собрания и на один год лишения свободы за поведение по отношению к своим кредиторам. Ему также пришлось заплатить штрафы и компенсацию. Он был приговорен к лишению священнического звания. После освобождения из тюрьмы Петтерссон жил в Хельсинки и Тампере.

Родился 10 ноября 1845 г. в деревне Тикопись Ямбургского уезда Санкт-Петербургской губернии, в бедной, но очень набожной ингерманландской семье.

В это время в Ингерманландии приобретает все большую популярность духовное движение пробуждения, зародившееся в Финляндии. Под влиянием прочитанной духовной литературы мальчик решает стать миссионером чтобы нести благую весть Иисуса Христа среди язычников. В 1862 г. он поступает в миссионерскую школу в Хельсинки и в 1868 г. заканчивает ее, став проповедником-миссионером.

24 июня 1868 г. Мартти Раутанен с четырьмя финскими проповедниками отбыл из Финляндии в Овамболенд (на территории современной Намибии). Из порта Уолфиш-Бей миссионеры предприняли путешествие через земли племени гереро, с апреля 1869 г. они провели там более года. В июле 1870 г. они наконец добрались до территории народа овамбо, тогда же среди тропических лесов прошло первое богослужение.

Служение миссионера в стране, населенной одними лишь язычниками было очень трудным. Мартти с проповедями посещал такие места, попасть в которые можно было лишь прорубая себе дорогу среди джунглей топором. Несколько раз язычники пытались застрелить или отравить его. Но ему помогал дар проповедника и исключительная способность к языкам. Кроме того, Мартти Раутанен досконально изучил быт местных жителей и часто помогал им полезными советами в самых разных жизненных ситуациях. Многие миссионеры уезжали, не выдержав трудностей, но Мартти Раутанен продолжал свое служение, прожив в Африке 56 лет.

В 1872 г. Мартти Раутанен женился на дочери немецкого миссионера Франца Генриха Кляйншмидта, Анне Фредерике (Фриде) Кляйншмидт. У них было восемь детей, однако только трое из них дожили до совершеннолетия, пятеро умерли от малярии в раннем возрасте.

В 1880 г. им была основана миссия Олуконда. В 1885 г. он начал переводить Библию и Новый Завет на местный язык ошивамбо.

Кроме богослужений, Мартти Раутанен активно занимался этнографическими исследованиями. Собранная им этнографическая коллекция в настоящее время хранится в Национальном музее Финляндии. Он делал метеорологические наблюдения и собирал гербарии из местной флоры. В 1885-1886 гг. во время экспедиции Франца Адольфа Эдуарда Людерица в Западную Африку, его посетил швейцарский ботаник Ханс Шинц, который был восхищен собранной Раутаненом коллекцией и назвал в его честь местное дерево монгонго (Ricinodendron Rautanenii).

В 1891 г. его жена Анна Фредерика с детьми уехала в Финляндию. В 1903 г. на ошивамбо был опубликован Новый Завет. В 1924 г. на ошивамбо была опубликована Библия. В 1925 г. усилиями Мартти Раутанена появились первые местные пасторы.

Скончался 19 октября 1926 г. в миссии Олуконда, в Намибии. Незадолго до смерти он получил почетную степень доктора богословия Университета Хельсинки. Его называли апостолом земли Амбо.

Местные жители называли его Накамбале — «тот, кто носит шляпу». Он любил носить шляпу, которая местным жителям напоминала небольшие корзины — окамбале. Это местное прозвище выбили на его могильной плите.

Его старшая дочь Анна стала женой немецкого миссионера Германа Торнеса, младшая дочь Йохана работала в Финляндском миссионерском обществе, сын Рейнольд продолжил миссионерское служение отца в Африке.

Мартти Раутанен один из самых известных ингерманландских финнов, книги о нем изданы на многих языках мира.

Хедвиг Мария Ловиза Луиза аф Форселлес (урожденная Этолин; 30 сентября 1850 г., Санкт-Петербург — 25 марта 1934 г., Кауниайнен) была финским филантропом. Она была одной из самых известных благотворительниц своего времени в Финляндии. Участвовала в Армии спасения, Христианской ассоциации молодых женщин и Христианском студенческом движении.

Отцом Луизы аф Форселлес был вице-адмирал Адольф Карлович Этолин, губернатор Аляски, а матерью Маргарета Хедвиг Йоханна Сандвалл. Ее супругом был Пер Эмиль аф Форселлес (1840-1914), владелец поместья Пейппола с 1869 г., позднее нотариус университетской консистории. Их сын — банкир, член парламента Пер Адольф Альф аф Форселлес.

Луиза пережила религиозное возрождение в 1875 г. во время путешествия по югу Франции. После этого она начала посещать тюрьмы с женщинами-заключенными и организовывать христианскую духовную помощь. Познакомившись с работой Уильяма Бута, основателя Армии Спасения в Лондоне в 1888 г., она вместе с Хедвиг фон Хаартман стала основательницей Финской Армии Спасения в 1889 г. и вице-председателем первого финского отделения Христианской организации молодых женщин (NNKY).

Луиза была председателем финской ассоциации NNKY в 1902-1918 гг. и председателем шведскоязычной ассоциации NNKY в Хельсинки в 1906-1931 гг.

Она также выступала в качестве советника при организации христианской студенческой работы в Финляндии. Форселлес была избрана в 1906 г. в комитет по свободе вероисповедания, назначенный Сенатом.

Хедвиг Элеонора фон Хаартман (1862-1902) была основательницей Финской Армии Спасения. В 1889 г. она присоединилась к Лондонской Армии спасения. В 1890 г. была назначена официальным руководителем Армии Спасения в Финляндии. В 1898 г. была переведена в Швейцарию.

Альва Форсиус (1866-1936) — финский общественный деятель. Она основала родильный дом в Порвоо и дом матери и ребенка для незамужних матерей.

Форсиус также была пионером Финской Армии Спасения. Вместе с Хедвиг фон Хаартман и Луизой аф Форселлес она основала в Финляндии Армию Спасения. В 1889 г. получила звание лейтенанта Армии Спасения, а затем 10 лет служил в Армии Спасения. Она получила диплом акушерки 10 сентября 1898 г. и вначале была заведующей родильным отделением больницы. Увидев тяжелое положение незамужних матерей, ей пришла в голову идея основать в Порвоо частный родильный дом. Родильный дом на пять коек был открыт 1 июня 1899 г. в арендованных помещениях. После завершения строительства нового здания родильного дома Альва приступила к проекту создания дома матери и ребенка, который получил название Зольхем и начал действовать 1 июня 1914 г. напротив родильного дома. Мать и ребенок могли оставаться там в течение полугода, и мать могла получить практические навыки ухода за детьми, а также освоить профессию. Форсиус сама усыновила троих детей. Форсиус писала книги для будущих мам по уходу за детьми.

Матильда Вреде родилась 8 марта 1864 г. в городе Вааса, губернатором которого является его отец, барон Карл Густав Фабиан Вреде. Мать умерла вскоре после ее родов. Но, несмотря на то, что девочка росла без матери, детство ее было счастливым. Отец только по одному выражению ее глаз угадывал и выполнял все ее желания. Жизнь девочки протекала безмятежно.

С юных лет она поддерживала контакты с заключенными, поскольку некоторых из них отправляли к ее отцу для работы по дому или в саду. В возрасте 19 лет, она познакомилась с движением Возрождения и решила посвятить себя улучшению положения бедных. Матильда присоединилась к друзьям Редстока. В биографической книге о жизни Редстока писатель Троттер рассказывает, что Матильда пришла к живой вере во времена посещения Редстоком Финляндии.

С 1885 г., сломив сопротивление отца, она начала посещать тюрьмы, обращаясь в своих беседах с заключенными к религиозным темам, проводя конференции и обсуждая содержание Библии. В частности, она посетила тюрьмы Лаппеенранты, Выборга и Турку, где была расположена самая большая тюрьма в стране. Работая в основном одна, она вела постоянную переписку со многими заключенными. Эти посещения и контакты во многом противоречили обычаям и социальным нормам того времени. Ее принадлежность к дворянству и социальный статус, тем не менее, позволили ей получить большую поддержку в Европе.

В 1886 г. она основала ферму «Тойвола», которая давала работу людям, вышедших из мест заключения. Ей помогал брат Хенрик Вреде; он сам провел три года в Сибири, проповедуя среди финских заключенных, сосланных в Сибирь.

Летом 1891 г. Матильда Вреде гостила в доме Редстока в Мейфильде, после которого у нее остались теплые воспоминания, у них было много общих мыслей и разговоров. В своем письме родным на родину Матильда писала следующее: «Уже в прихожей меня встретил доброжелательный дух этого дома». Она описывает собрание в доме Редстока, где она сама выступала, беседы с ним в его рабочей комнате или во время прогулок по парку, и также видения мира и жизни Редстоком. «Человеку надо полностью положиться на Бога, и тогда он получит Божий Дух. Только полноценное доверие Богу может открыть дорогу для Божьего Духа. И только тогда у него будет сила и свобода – это мой лозунг, сказал Редсток, добавив: «И руководство. Это моя путеводная нить».

Более 30 лет продолжалась работа Матильды Вреде с заключенными, вплоть до 1913 г., когда вышел указ, запрещающий беседы с узниками наедине. Матильда посчитала, что запрет делает ее работу невозможной, и она ограничилась лишь перепиской и редкими посещениями.

Матильду знала вся Финляндия, для финнов она стала кем-то вроде Матери Терезы. К тридцати годам, она уже запросто одна заходила в камеры смертников и ни разу никто не поднял на нее руку. Слушали ее, плакали и каялись самые отмороженные душегубы.

Помимо своей деятельности по евангелизации и моральному воспитанию заключенных, Матильда Вреде пыталась улучшить условия содержания в тюрьмах. В частности, она обратила внимание на недостатки в медицинском обслуживании заключенных. Она спровоцировала скандал, передав общественности информацию об условиях содержания заключенных. В результате этого администрация государственной тюрьмы считала действия Матильды Вреде угрозой общественному строю.

После обретения Финляндией независимости, Матильда Вреде помогала беженцам из России на Карельском перешейке. Совместная работа с Анной Танеевой во многом облегчали тяжелое положение русских беженцев.

Матильда Вреде являлась представителем Международного Содружества Примирения, IFOR International Fellowship of Reconciliation.

Жизнь, проведенная в напряженной, без отдыха работе, в постоянных заботах об угнетенных, обездоленных, нуждающихся в поддержке и помощи, истощили силы Матильды. Она серьезно заболела и в возрасте 64 лет отошла ко Господу. Похоронена в Аньяла, в 34 км от города Котка.

После смерти Матильды был создан Комитет для помощи русским эмигрантам ее имени на Карельском перешейке, который существовал и активно работал до начала Первой мировой войны в 1939 г. В Терийоках был создан филиал этого Комитета.

Василий Александрович Пашков принадлежал к богатому аристократическому роду Пашковых, к одиннадцатому поколению от родоначальника — поляка Григория Пашкевича, приехавшего в Россию при Иване Грозном. Прадедушка В.А. Пашкова, Александр Ильич (1734-1809), нажил состояние благодаря женитьбе на Дарье Ивановне (1743-1808) — дочери богатого фабриканта И.С. Мясникова. Их второй сын Василий Александрович (1764-1838) дослужился до чина обер-егермейстера и должности министра юстиции. Он владел дворцами в Москве и Петербурге, имениями в Нижегородской и Тамбовской губерниях и Башкирии, а на Южном Урале — медными и железными рудниками с металлургическими заводами при них. Жена Василия Александровича, урожденная графиня Екатерина Александровна Толстая, была фрейлиной при дворе.

Их сын Александр (1792-1868) удачным браком с Елизаветой Петровной (по первому браку — Лобановой-Ростовской, урожденной Киндяковой, дочерью П.В. Киндякова) (1805-1854), а также военной карьерой приумножил семейные богатства. Александр Васильевич был настолько щедр и богат, что, служа полковником, покупал на свои деньги лошадей для всего полка.

Василий родился 2 апреля 1831 г. в Москве. Кроме него в семье было еще двое детей — дочери Екатерина и Ольга. Василий получил блестящее образование. В 1849 г. он закончил семилетнее обучение в Пажеском корпусе, его имя было занесено на мраморную доску среди лучших выпускников. В 1848 г. Пашков был пожалован в камер-пажи.

По окончании Пажеского корпуса 26 мая 1849 г. Пашков в звании корнета был зачислен в кавалергардский полк. Звание поручика получил в 1850 г., 28 мая 1853 г. по состоянию здоровья уволился со службы с производством в штабс-ротмистры, но 23 марта 1854 г. вернулся на службу в кавалергардский полк в звании поручика, а 23 апреля 1854 г. его произвели в штабс-ротмистры. В 1855 г. Пашкова назначили старшим адъютантом при дежурном генерале, с 1857 г. он служил в канцелярии Военного министерства, в том же году его произвели в ротмистры. В 1858 г. он был уволен от службы по домашним обстоятельствам с производством в полковники.

Брак Василия Александровича с Александрой Ивановной Чернышевой-Кругликовой принес ему в качестве приданого значительную часть богатств Чернышевых в Московской и Санкт-Петербургской губерниях. Александра Ивановна была фрейлиной при императорском дворе и попечителем Александринского приюта. Пашков был лично известен царю и приходился родственником нескольким министрам и генералам. Василий Александрович владел тринадцатью имениями в девяти уездах различных губерний, а также четырьмя металлургическими (выплавка меди) заводами на Урале. Ему принадлежало 450 тысяч десятин земли — это пятые по площади частные землевладения Российской империи. С женой и детьми Пашков жил в большом доме на Французской набережной в Петербурге и вел светскую жизнь. Балы в его доме посещали даже члены царской семьи.

«Красивый брюнет, роста выше среднего, с манерами и обращением чистого аристократа; приятный мягкий тенор, большие, выразительные глаза располагают в его пользу», — описывал Пашкова петербургский журналист Николай Животов.

По словам Животова, до знакомства с Гренвиллом Редстоком Пашков был человеком, равнодушным к религии: «О набожности, не говоря уже о фанатизме, никогда не зарождалось и мыслей в голове В.А., бывшего страстным охотником, любителем танцев, балов, крупным игроком в карты, лихим наездником». Пашков придерживался внешнего православия светского человека, иногда посещал храм, но, по собственному признанию, не был удовлетворен своим христианством.

В конце 1873 или начале 1874 г. в Петербург приехал английский аристократ лорд Гренвилл Редсток. Его пригласила Елизавета Черткова — сестра-близнец жены Пашкова. Черткова в скорби после смерти двоих сыновей-подростков пережила глубокое обращение к Богу.

Жена Пашкова, по-видимому, ко времени приезда Редстока уже пришла к вере, однако сам полковник стремился уклониться от общения с проповедником. Животов утверждал, что после первой встречи с Редстоком Пашков небрежно сказал: «Какая пошлость! И охота людям слушать бессмысленного болтуна». Чтобы не встречаться с Редстоком, полковник на два месяца уехал в свое московское имение, откуда возвращался с надеждой, что уже не застанет иностранца в Петербурге. Однако Редсток не уехал, более того, он стал частым гостем жены Пашкова, так что уклониться от общения не удалось.

Проповедь не произвела на Пашкова впечатления. После проповеди Редсток предложил собравшимся помолиться. Присутствующие встали на колени, Пашков из вежливости присоединился. Во время необычной, незаученной молитвы Редстока полковник вдруг осознал, что все слышанное им из Библии касалось его лично. Он пережил потрясение. «Встав с колен, он был уже не тем, что раньше, он стал новым человеком во Христе Иисусе», — утверждала Софья Ливен. По мнению биографа Пашкова Филиппа Никитина, необычность этого религиозного обращения едва ли поддается научному объяснению. Однако в евангельско-баптистской среде такие случаи объясняются воздействием Святого Духа и не вызывают удивления — как часть церковной традиции и личного духовного опыта.

В течение нескольких лет после обращения Василий Пашков возглавил движение, начатое Редстоком. С самим Редстоком он поддерживал общение до самой своей смерти.

В своем доме на Выборгской стороне в Санкт-Петербурге Пашков открыл дешевую столовую для бедных, которую ежедневно посещало до тысячи человек. Помимо низких цен посетители могли оценить высокое качество продуктов и дружелюбие пашковцев, которые служили там официантами. В Нижегородской губернии, где находилось имение Пашкова, он открыл сельские училища. По слухам, он тратил на благотворительность до 200 тысяч рублей в год, изрядно расстроив тем самым свое состояние.

Благотворительная деятельность Пашкова вызывала пересуды в обществе. Ходили слухи, что Пашкова якобы нарочно привели к пути милосердия, чтобы «раздолбить» его капиталы и что щедростью Пашкова пользовались не те, кто действительно нуждался в куске хлеба, а корыстные недобросовестные люди.

В 1878 г. Пашкова вызывал к себе шеф жандармов Николай Мезенцев. В том же году Александр II «признал действия Пашкова неуместными» и распорядился сделать ему «внушение» призывом воздержаться от религиозной деятельности. Также и Святейший Синод поручил Санкт-Петербургскому митрополиту назначить пастыря для увещевания Пашкова и православных участников движения.

В 1880 г. министр внутренних дел Лев Маков и обер-прокурор Святейшего Синода Константин Победоносцев потребовали принять меры против проповедей Пашкова. По предложению главного начальника верховной распорядительной комиссии Михаила Лорис-Меликова Александр II повелел провести особое совещание по пресечению молитвенных собраний у Пашкова.

В мае 1880 г. Победоносцев направил императору записку «о действиях г. Пашкова» и предложил запретить проведение собраний у полковника, а его самого выдворить из страны. 5 июня 1880 г. Пашков действительно на некоторое время выехал из России.

В 1882 г. Победоносцев обратился к министру внутренних дел Николаю Игнатьеву с требованием обратить внимание на вредную деятельность Пашкова, после чего ему разрешили проведение религиозных собраний «чисто семейного», а не общественного характера. Посторонние не должны были присутствовать на них. Предположительно в том же году обсуждался выезд Пашкова из России.

Кульминацией стал 1884 г. После срыва съезда в Петербурге товарищ министра внутренних дел, заведующий полицией и командир Отдельного корпуса жандармов Петр Оржевский от имени императора Александра III потребовал от Пашкова и Корфа дать подписку с отказом участвовать в «неодобренной православной церковью пропаганде» и проводить молитвенные собрания; а также обязательствами уволить всех миссионеров и разносчиков книг и прекратить общение «с сектантами разного рода». Пашков и Корф отказались. В ответ обоим было предписано в два дня покинуть Россию.

Пашкову с большим трудом удалось добиться двухнедельной отсрочки отъезда, чтобы привести в порядок свои дела. Несмотря на отсрочку, судя по отдельным фрагментам переписки, отъезд Пашкова был спешным и шокировал его. 16 июня 1884 г. он покинул Россию.

За границей Пашков жил больше в Англии, но много путешествовал, некоторое время проживал во Франции, бывал в Швейцарии и, вероятно, в других европейских странах. Он приезжал в Россию не менее трех раз: дважды — в 1887 г. и один раз — в 1888 г. — в связи с болезнью сына, заразившегося тифом; в этот раз пребывание на Родине длилось шесть недель.

Глубоко переживая из-за вынужденной эмиграции, полковник не оставил христианского служения, но нашел для него новые формы — обширная переписка и финансовая помощь оставшимся на Родине единомышленникам, заступничество за преследуемых верующих. До самой смерти он поддерживал своих последователей в России.

В его архиве сохранилась переписка со своими сподвижниками: Василием Кирпичниковым, княгинями Натальей Ливен и Верой Гагариной; будущими лидерами движения евангельских христиан Иваном Каргелем и Иваном Прохановым; лидерами баптистов Иоганном Вилером, Василием Павловым, Никитой Ворониным; руководителями штундистов Иваном Рябошапкой и Михаилом Ратушным; работавшим в России персидским миссионером Яковом Деляковым.

В эмиграции Василий Александрович много времени провел странствующим проповедником в Англии, Франции, Австрии, Италии и Германии. Одно время он странствовал вместе с англичанином на повозке, распределяя Библии среди крестьян. В его архиве сохранились письма с благодарностью за финансовую поддержку от лидера Армии спасения Уильяма Бута, проповедников Хадсона Тейлора и Сайленса.

Василий Пашков умер 30 января 1902 г. в Париже. Прощание прошло в парижской церкви Святого Мартина. Был похоронен на некатолическом кладбище Тестаччо в Риме.

В 1886 г. Александра Ивановна Пашкова вслед за мужем уехала с детьми за границу. Овдовев, вернулась с незамужними дочерями Ольгой и Марией в Россию. Жили в родовой усадьбе Пашковых в Ветошкино Нижегородской губернии. Умерла в эмиграции во Франции, похоронена в Версале на кладбище Нотр-Дам.

В оценке деятельности Пашкова необходимо учитывать контекст того времени — эпохи «Великих реформ» Александра II и нарастания революционных настроений в обществе. В то время как «хождение в народ» народников предполагало создание в Российской империи социалистического общества, движение пашковцев было направлено на религиозное и нравственное обновление.

Родился 12 июля 1842 г. Благодаря своему происхождению (семья шведской, балтийской и русской придворной знати протестантской и православной веры) Модест Модестович получил хорошее образование, связи в высшем обществе, возможности для карьеры. В то же время он вырос богобоязненным человеком, посещал богослужения в православных храмах, регулярно исповедовался.

В пятилетнем возрасте его представили царю, с тех пор он мечтал служить при дворе. С придворной жизнью он познакомился в 1865 г., когда вместе с отцом провел два месяца в квартире царского дворца в Царском Селе. В молодости он участвовал в распространении Библий от имени Британского и иностранного библейского общества. В то же время светская жизнь для него оставалась весьма привлекательной. В 1861 г. он поступил на службу в Собственные Его Императорские Величества канцелярию и в 1865 г., будучи причисленным в чине титулярного советника к Государственной канцелярии, был удостоен придворного звания камер-юнкера. В дальнейшем придворная карьера Корфа развивалась стремительно. В 1867 г. в чине коллежского асессора он был пожалован придворным званием «в должности церемониймейстера». В 1873 г. его статский чин коллежского советника был дополнен придворным чином церемониймейстера. Уже 1875 г. он, являясь помощником статс-секретаря Государственного совета, был пожалован придворным званием «в должности гофмейстера».

В 1874 г. он познакомился с лордом Редстоком, проповедовавшим Евангелие среди петербургской аристократии. После духовного перерождения он сам стал миссионером. Он проповедовал и в светских салонах, и в тюрьмах, и в приютах, и в ночлежках. В 1876 г. Модест Модестович вместе с В.А. Пашковым организовал и возглавил Общество поощрения духовно-нравственного чтения, занимавшееся распространением Библий и духовной литературы, а также выпускавшее религиозный журнал «Русский рабочий». В 1878 г., когда вследствие правительственных гонений собрания евангельских верующих были запрещены, вместе с супругой открыл в Петербурге несколько швейных мастерских для бедных, в которых люди могли молиться и знакомиться с Евангелием. В конце 1870-х гг., благодаря поездке в Швейцарию, общался с иностранными баптистами и принял баптистское вероучение.

В 1884 г. вместе с В.А. Пашковым участвовал в подготовке и проведении в Петербурге съезда представителей различных евангельских течений России. На шестой день съезда всех участников арестовали и доставили в Петропавловскую крепость. После пристрастных допросов их обвинили в хранении нелегальной литературы и выслали из Петербурга. От аристократов Пашкова и Корфа потребовали прекратить проповедническую деятельность, а после их отказа — в двухнедельный срок покинуть страну.

Остаток жизни М.М. Корф провел за границей, в основном, в Швейцарии. При этом Корф не был лишен чина статского советника и придворного звания «в должности гофмейстера», и числился на российской службе еще в течение длительного времени после выезда из пределов Российской империи — вплоть до 1901 г.

Воспоминания Корфа (в разном виде) публиковались не раз. Они были изданы на немецком языке в 1927 г. В 1938 г. они были опубликованы в журнале «Сеятель истины». Журнал Всесоюзного совета евангельских христиан-баптистов в 1947 г. опубликовал фрагмент воспоминаний Корфа.

Младшая дочь графа Федора Петровича Палена (1780–1863), дипломата, действительного тайного советника, от его брака с графиней Верой Григорьевной Чернышевой (1808-1880). Будучи фрейлиной, 20 октября 1871 г. в Риге вышла замуж за князя Павла Ивановича (Пауля Германа) Ливена (1821-1881), тайного советника, служившего обер-церемониймейстером при императорском дворе.

Еще до своего замужества Наталья Федоровна посетила в Лондоне молитвенное собрание, где впервые услышала лорда Редстока. Позже, в 1874 г. Редсток приехал в Петербург и начал пропагандировать свои идеи в великосветской среде. Одним из его горячих приверженцев оказался известный богач В.А. Пашков, сплотивший вокруг себя группу единомышленников. Активную помощь Пашкову оказывала княгиня Ливен и ее старшая сестра, Вера Федоровна (1835-1923) в замужестве княгиня Гагарина.

Во дворце княгини Ливен (бывший дом Демидовых на ул. Большая Морская, д. 43) постоянно проходили различные собрания верующих. В доме Натальи Федоровны часто останавливались известные деятели евангельского движения, такие как доктор Фридрих Бедекер, Иван Вениаминович Каргель.

Имея доступ к царской семье и некоторым членам правительства, княгиня Ливен содействовала распространению Евангелия тем, что получала разрешения на проповедь, например, в тюрьмах. Из-за своего близкого знакомства с императорским домом ей единственной дозволили проводить евангельские встречи во время гонений 1884-1887 гг. В своих воспоминаниях ее дочь Софья Павловная писала по этому поводу: «Приехал к моей матери генерал-адъютант государя с поручением передать ей его волю, чтобы собрания в ее доме прекратились. Моя мать, всегда заботившаяся о спасении душ ближних, начала говорить генералу о его душе и о необходимости примириться с Богом и подарила ему Евангелие. Потом в ответ на его поручение сказала: «Спросите у его императорского величества, кого мне больше слушаться: Бога или государя?» На этот своеобразный и довольно смелый вопрос не последовало никакого ответа. Собрания продолжались у нас, как и прежде. Моей матери позже передали, будто государь сказал: «Она вдова, оставьте ее в покое».

Княгиня Ливен использовала свое состояние, чтобы помочь неимущим, открывала швейные мастерские для бедных женщин, занималась обучением детей. В 1905 г. в ее доме проводились первые Библейские курсы продолжительностью шесть недель. Эти курсы должны были стать основой для систематического богословского образования, необходимого новообразовавшимся общинам. После революции Наталья Федоровна не эмигрировала из России. Она жила с младшей дочерью и сестрой в семейной вотчине князей Гагариных в селе Сергиевском (ныне г. Павловск), где в январе 1920 г. скончалась.

Родилась 12 сентября 1832 г. Вторая дочь героя войны 1812 г. полковника Ивана Гавриловича Кругликова (1787-1847) от брака с графиней Софьей Григорьевной Чернышевой (1799-1847). В 1832 г. Кругликов присоединил фамилию жены, получив графский титул и чернышевский майорат.

Детство и юность провела с родителями за границей, в основном в Италии. Получила хорошее домашнее образование. Летом 1847 г. после смерти матери с отцом вернулась в Россию, где осенью того же года скончался и он. Находилась под опекой графа М.Ю. Виельгорского.

В 1851 г. стала женой будущего генерал-адъютанта Григория Ивановича Черткова (1828-1884), имевшего репутацию человека прямого и честного. Супруги жили в собственном особняке на Английской набережной, д. 38 и были весьма близки к царскому двору. В их доме собиралось все высшее петербургское общество и часто бывал император Александр II. Елизавета Ивановна считалась одной из первых красавиц столицы. По словам современника, она отличалась исключительной красотой, хотя несколько строгой; имела правильные черты, прекрасные волосы и зубы, очень высокого роста, величественная, настоящая «аристократка». Была женщиной очень строгих нравственных взглядов, преданная жена и мать.

В ее обращении к Богу решающую роль сыграла болезнь и смерть двух сыновей, Михаила и Григория. Живя с ними за границей, она посещала протестантские церкви в Англии, Германии и Швейцарии. По словам Лескова, в Россию Черткова вернулась «полностью другим человеком». Она оставила придворную жизнь и начала заниматься широкой благотворительностью, а также проповедью Евангелия. В 1874 г. пригласила в Россию лорда Редстока, с которым познакомилась на евангелическом собрании в Париже в 1868 г.

Сама Черткова организовала Дамский комитет посетительниц тюрем и ночлежный приют для бездомных. После эмиграции лидера русских евангельских христиан Пашкова (замужем за которым была ее родная сестра) возглавила евангельских христиан Санкт-Петербурга.

В начале 1890-х гг. Черткова приобрела участок земли на Васильевском острове, где построила деревянный одноэтажный особняк. Он стал одним из трех центров евангельского христианства в Санкт-Петербурге. Также она распространяла евангельское христианство и в Воронежской губернии (ныне Лизиновское сельское поселение), где было имение ее мужа. Организовывала праздники и чтения Евангелий. В 1897 г. после высылки сына была вынуждена жить в Англии. Проживала там с сыном Владимиром, его супругой Анной и маленьким внуком Владимиром.

C 1908 г. принимала деятельное участие в возведении Дома Евангелия в Санкт-Петербурге (24-й линия Васильевского острова, д. 3/7.), который был открыт 25 декабря 1911 г.

Умерла в 1922 г. в Англии.

Родилась 1 мая 1835 г. Родители Веры Федоровны принадлежали к знатным фамилиям, отец, Ф.П. Пален, был известным дипломатом, действительным тайным советником, членом Госсовета и очень состоятельным человеком. Мать, урожденная графиня Чернышева, была внучкой генерал-фельдмаршала Ивана Чернышева.

Будучи фрейлиной двора, 22 апреля 1862 г. вышла замуж за князя Сергея Гагарина (1832-1890) и принесла ему большое приданое. Князь сделал военную карьеру и, завершив ее в чине полковника, служил шталмейстером при императорском дворе. Ценитель всего изящного, он увлекался коллекционированием и состоял почетным членом Императорской Академии художеств.

По отзыву современников, в молодости своей княгиня Вера Федоровна была замечательной красоты, «смугла и оригинальна, всегда, однако же, несколько резка», но в браке не была счастлива. С годами ее отношения с мужем сгладились, но по несчастью, воспитанная в доме эгоиста и никогда не имея детей, всю силу своего могучего, пылкого духа она обратила в сторону религиозных стремлений и всецело отдалась учению Рестока. «Княгиня Вера Федоровна Гагарина, сестра моей матери, молодая, красивая, счастливая в браке и обладавшая средствами, казалось бы, имела все, чего человек может пожелать для своей земной жизни, — вспоминала С.П. Ливен в автобиографической книге «Духовное пробуждение в России», — однако она испытывала нужду в чем-то высшем и вечном, как и самый обездоленный человек».

В середине 1870-х гг. Вера Федоровна посещала библейские собрания в Петербурге, в которых участвовал лорд Редсток. Итогом ее раздумий стало решение посвятить оставшуюся жизнь христианскому служению. В дальнейшем ее муж не разделял взглядов Веры Федоровны, однако не чинил ей препятствий, а в том, что касалось благотворительности — охотно участвовал.

С этого времени светская красавица изменила жизнь: стала скромно одеваться, заниматься благотворительностью, посещать с евангельской проповедью заключенных в тюрьмах и больных в петербургских трущобах. При деятельном участии Веры Федоровны группа христианок-аристократок открыла в разных районах Петербурга несколько швейных мастерских для бедных женщин, чтобы дать им возможность зарабатывать на дому. Княгиня стала душой основанного женщинами-христианками комитета по делам милосердия. Этот комитет наладил сотрудничество с доктором Мейером — главврачом Евангельской больницы, славившейся порядком и хорошим уходом за больными. Вера Федоровна участвовала в деятельности созданного В.А. Пашковым и М.М. Корфом Общества поощрения духовно-нравственного чтения.

В имении мужа, селе Сергиевском Тульской губернии (ныне город Плавск) по инициативе Веры Федоровны был выстроен большой больничный комплекс (частично используется сейчас по назначению, в качестве Плавской центральной районной больницы). Главным врачом больницы она пригласила единоверца А.Р. Дуковского, выпускника Петербургской медицинской академии.

В 1880 г. княгиня построила дом обучения девушек рукоделью, а юношей — ремеслам. Девушкам предоставлялось жилье до тех пор, пока они не выйдут замуж. А затем они и юноши, овладевшие ремеслом, по распоряжению Веры Федоровны получали жилье с участком земли на берегу реки Плавы. По инициативе княгини был построен крахмальный завод и реконструирована электростанция, для которой Вера Федоровна приобрела двигатель, работающий на сырой нефти.

Для жителей села всех сословий была построена общеобразовательная школа, а для сезонных рабочих — гостиница, где они в свободное время могли читать и даже бесплатно взять с собой Новый Завет и другую духовную литературу. Благодаря Вере Федоровне в Сергиевском возникла крупная евангельская община, которую навещали проповедники, а будущий председатель Союза русских баптистов Н.В. Одинцов несколько лет служил у них управляющим имением. Во время революции и гражданской войны овдовевшая княгиня осталась жить в Сергиевском и спасла от голода многие семьи (в том числе пастор и богослова И.В. Каргеля с дочерьми).

В 1918 г. Вера Федоровна добровольно передала Советской власти 11 тысяч десятин земли (примерная площадь современной Тулы). Ей позволили доживать свой век в одном из построенных ею зданий больничного комплекса (выделили две комнаты), разрешили (из-за болезни ног) иметь пони и коляску. Скончалась 4 февраля 1923 г. и была похоронена в Сергиевском.

Родился 19 февраля 1826 г. в Павловске Санкт-Петербургской губернии. Сын гвардии штаб-ротмистра графа Павла Алексеевича Бобринского и его жены Юлии, дочери Станислава Юноши-Белинского.

По окончании Александровского лицея в 1844 г. поступил на службу в Министерство иностранных дел. В 1846 г. вышел в отставку и поселился в своем имении Богородицкого уезда Тульской губернии, где был избран уездным предводителем дворянства. 30 августа 1861 г. получил чин полковника.

Участвовал в Крымской войне в рядах стрелкового полка императорской фамилии. После войны продолжил военную службу и в 1868 г. стал генерал-майором свиты императора Александра II. Принимал непосредственное участие в реформах Александра II. В 1866 г. разработал и добился утверждения Устава «Общества взаимного поземельного кредита»

С мая 1871 г. назначен товарищем (заместителем) министра путей сообщения. Со 2 сентября 1871 г. — министр. Находясь в должности, последовательно выступал за строительство железных дорог за счет казны и против безусловных и бессрочных гарантий по облигациям частных железных дорог. Граф Бобринский содействовал широкому железнодорожному строительству; к моменту его отставки сеть железных дорог в Европейской России превысила 21 тысячу верст.

16 апреля 1872 г. получил чин генерал-лейтенанта. 10 июля 1874 г. вышел в отставку и поселился в своем имении в Богородицке, где занимался исключительно воспитанием детей и заботился о распространении Евангелия в народе.

В 1884 г. из-за своей религиозной деятельности (вслед за соратниками В.А. Пашковым и М.М. Корфом) был выслан из России. Скончался от острого воспаления печени 8 октября 1894 г. во Франции, в Каннах, где и был похоронен.

Дочь героя Отечественной войны 1812 г. Дениса Давыдова и его жены Софьи Николаевны, урожденной Чирковой, родилась в 1835 г.

В 1873 г. Юлия Засецкая открыла первый в Петербурге (на Обводном канале, близ вокзала Варшавской железной дороги) ночлежный дом.

Под влиянием лорда Редстока перешла в протестантизм. Поставила себе целью провести в общество мысль деятельного служения ближними путем литературы и в 1877 г. напечатала небольшую книгу нравственных повестей под заглавием «Часы досуга», которая была помещена в каталоге книг, одобренных Ученой комиссией министерства народного просвещения; в 1878 г. были напечатаны ее переводы аллегорических рассказов Джона Буньяна «Путешествие Пилигрима в Небесную Страну» (издан под псевдонимом «Ю.Д.З.») и «Духовная война». На русском языке они впервые были изданы Новиковым еще в 1786 г., но перевод (не полный) был сделан не с английского оригинала, а с немецкого перевода. Поэтому труд Ю. Засецкой, выполненный с большой тщательностью и снабженный жизнеописанием автора, многочисленными объяснениями и гравюрами, стал ценным вкладом в русскую переводную литературу.

Она также перевела роман Льюиса Уоллеса «Бен-Гур». Юлия Засецкая была собеседницей и корреспонденткой Николая Лескова и Федора Достоевского, которых пыталась убедить в истинности протестантского вероучения. Писатели же, отдавая должное уму и личным качествам женщины, тем не менее, порой достаточно активно с ней полемизировали. Участвовала в Петербургском пробуждении, в том числе в деятельности Общества поощрения духовно-нравственного чтения.

В середине 1880 г. Юлия Денисовна Засецкая уехала из России в Париж. Перед смертью завещала «не перевозить ее тела в Россию» чтобы не быть похороненной по православному обряду.

Умерла 27 декабря 1882 г. в Париже.

Родилась 1 апреля 1827 г. Происходила из дворянского рода Лашкаревых. Получив прекрасное образование, провела молодость в большом свете, но, рано овдовев (была женой статского советника и вологодского вице-губернатора Ивана Ивановича Пейкера и оставшись с весьма ограниченными средствами, отдала всю себя общественной деятельности в христианском духе.

Религиозное обращение, предположительно, пережила в 1867 г. после встречи в Лондоне с евангелистским проповедником Дуайтом Муди. В России участвовала в пашковском движении, в частности входила в Общество поощрения духовно-нравственного чтения.

Она была директрисой Санкт-Петербургского тюремного комитета, которым по ее почину и ее стараниями устроено в Петербурге «Убежище для женщин, освобожденных от тюремного заключения»; этим убежищем Мария Григорьевна Пейкер заведовала несколько лет с большим усердием, энергией и сердечностью.

«Подчиняясь сильному религиозному возбуждению», — писал H.С. Лесков, — Пейкер «предприняла издание иллюстрированного народного журнала „Русский рабочий“», в котором «очень полно выражался дух ее благочестия — англоманский, но чистый и высокий».

Журнал «Русский рабочий», выходивший с 1875 по 1887 гг. (с 1881 г. он издавался дочерью Марьи Григорьевны — Александрой Ивановной Пейкер), отличался изящной, даже художественной внешностью и, благодаря дешевизне подписной цены (1 рубль), получил широкое распространение. Несмотря на строго религиозное направление журнала, он причинял издательнице множество хлопот, так как духовная цензура, постоянно следившая за ней, «часто доходила до нелепостей в своих придирках».

По словам Лескова, Мария Григорьевна Пейкер имела много высоких друзей в самых больших центрах Европы; в 1872 г. она присутствовала на всемирном тюремном конгрессе в Лондоне. Как убежденная христианка, она всегда и везде помогала искавшим у нее совета или помощи.

Скончалась 27 февраля 1881 г. в Санкт-Петербурге и была погребена на кладбище Воскресенского Новодевичьего монастыря.

Родился 14.07.1860 г. в Берне. Отец: барон Николай Павлович, Николаус Арманд Микаэль фон Николаи. Мать: София Элизабет, урожденная фон Мейендорф.

По окончании гимназии в июне 1880 г., он вместе с матерью и одной из своих сестер путешествовал по Франции, Швейцарии и Италии. Во Франции они посетили сестру отца Пауля, настоятельницу католического монастыря во Франции Симплицию (1824-1901), и брата отца, Людвига Эрнста, принявшего постриг в католическом монастыре «La Grande Chartreuse» близ Гренобля.

В Петербурге Пауль поселился в доме своего дяди, Александра Павловича Николаи (1821-1899). По настоянию дяди Пауль поступил в 1880 г. на юридический факультет Петербургского университета.

В университетские годы складывается круг друзей Пауля Николаи; в него входили графы Гейдены – Александр (впоследствии адъютант Николая II) и его младший брат Дмитрий, Александр Максимовский, Борис Якинщиков, Федор Оом, барон Федор Брунн. В 1884 г., во время поездки во Францию, Пауль вновь посетил своего дядю, Людвига Эрнста, католического монаха, сильно повлиявшего на формирующееся религиозное мировоззрение Пауля.

По окончании университета в 1885 г. Пауль находился на государственной службе: служил в чине коллежского советника в Департаменте гражданских и духовных дел и в канцелярии Государственного Совета. В полной мере выполняя возложенные на него по службе обязанности, Пауль, тем не менее, все более ощущал склонность к деятельности иного рода. Так, в 1886 г. он стал членом благотворительного общества при петербургской немецкой церкви Св. Петра, занимавшегося помощью бедным.

С 1887 г. Николаи был членом Русского библейского общества, с 1888 г. он принимает участие в собраниях последователей знаменитого христианского проповедника, лорда Редстока, княгини Гагариной и графа Корфа.

В доме княгини Ливен в январе этого же года П. Николаи впервые выступает в качестве проповедника. В круг последователей В.А. Пашкова Николаи ввел граф Константин фон дер Пален, впоследствии – муж сестры Пауля, Софии Луизы Татьяны; с самим В.А. Пашковым Пауль познакомился в декабре 1888 г.

В дальнейшем целиком посвятил себя делу христианской проповеди, став одним из основателей движения евангельского христианства в России и в Финляндии. В 1906—1909 гг. году участвовал в создании Русского евангельского союза. Организованные им в это время студенческие конференции проходят по всей России, в том числе – в Монрепо, в 1909 и 1911 гг. Одним из результатов работы Николаи была регистрация в 1917 г. Устава российского Студенческого христианского союза, что фактически означало официальное признание этого движения в России. В том же году Николаи был избран вице-президентом Всемирного студенческого христианского союза. Николаи широко занимался благотворительностью, в том числе безвозмездно передал земельные участки имения Монрепо для строительства школы, молельного дома и пожарной команды. Уважение к Николаи местного населения позволило имению Монрепо избежать разгрома во время революции 1918 г. в Финляндии.

Скончался от последствий паратифа в семейном имении Монрепо в Выборге. Павел Николаевич был последним мужчиной в роду Николаи, с его смертью в 1919 г. оборвалась мужская ветвь рода баронов Николаи.

Адольф-Луи-Фредерик-Теодор Моно (21 января 1802 г. — 6 апреля 1856 г.) – французский протестантский проповедник. Его старшим братом был Фредерик Моно.

Родился в Копенгагене, где его отец, Жан Моно (1765-1836), был пастором французской реформатской церкви. Получив образование в Париже и Женеве, Адольф начал свою деятельность в 1825 г. как пастор протестантской церкви в Неаполе, затем переехал в Лион в 1827 г. Здесь его евангелическая проповедь, и особенно проповедь об обязанностях причастников, привели к его низложению католическим министром просвещения и религии. Вместо того, чтобы покинуть Лион, он продолжил проповедовать.

2 сентября 1829 г. Моно женился на Ханне Хониман (1799-1868) в Лионе. У них было семеро детей, в том числе будущий пастор Андре Джон Уильям Хониман Моно (1834-1916), филантроп и феминистка Александрин Элизабет Сара Моно (1836-1912), Эмили Моно, Камилла Моно (1843-1910).

В 1836 г. он стал профессором теологического колледжа Монтобана, а в 1847 г. переехал в Париж в качестве проповедника в Оратуаре.

Скончался в Париже 6 апреля 1856 г., похоронен на кладбище Пер-Лашез.

Моно считался выдающимся протестантским проповедником Франции XIX века. Гийомом Гизо (1833-1892), сын французского государственного деятеля Франсуа Гизо (1787-1874), назвал его в статье, опубликованной в «Журнале политических и литературных дебатов» 11 апреля 1856 г., то есть через несколько дней после похорон Адольфа Моно, «одним из самых выдающихся людей».

Моно опубликовал три тома проповедей в 1830 г., еще один, La Crédulité de l’incrédule в 1844 г. и еще два в 1855 г. Два последних тома вышли уже после его смерти.